Шестая книга судьбы - Страница 105


К оглавлению

105

— А мои полномочия? — У Мартина хоть и пошла кругом голова от этого предложения, но завалить дело он тоже не мог.

— Мы подготовим тебе пару бумажек. Там, конечно, могут заартачиться, но, если действовать напористо, результат будет. Я уверен. Побольше пыли в глаза, угрожай от моего имени, если надо — блефуй. Резервы сейчас в руках Гиммлера, и он понаставил кое-где своих остолопов, но не везде же. В конце концов, речь идет о 3-й горной! Напомни им о Нарвике и о том, что фюрер помнит и любит 3-ю горную.


К вечеру следующего дня Мартин стоял на плацу 151-й учебной дивизии. Уже несколько минут он доказывал майору с обтянутым черной кожей протезом правой кисти, что не уйдет отсюда, не выполнив порученного ему командованием задания.

— Вопрос решен, — в третий раз повторял майор эту фразу, стараясь придать голосу оттенок спокойного безразличия. — Другие и этого не получают. Что будет, если каждый начнет ездить по учебным центрам и выбирать себе тех, кто понравится?

— Я всего лишь хочу проверить их пригодность к службе в горно-егерских частях. Поймите, майор, остальных вы всегда сможете отправить в пехоту или вот, например, в народно-гренадерские дивизии. Уверяю вас, если из этой тысячи мы отберем только триста, то не будем в претензии. В конце концов, речь идет о дивизии Эдуарда Дитля. Не забывайте об этом. Сейчас решается вопрос о присвоении ей его имени, — уже блефовал Мартин, — и, вероятно, скоро мы пришьем на рукава манжетные ленты с именем нашего первого командира.

Майор только усмехнулся. Он достал пачку сигарет и протезом прижал ее к животу, извлекая сигарету левой рукой.

— Учтите, в противном случае мы устроим им проверку по прибытии. — Мартин перешел к угрозам. — А рапорт будет послан прямо в ОКВ.

— И что вы в нем напишете?

— А то, что вы своим непрофессионализмом снижаете боеспособность войск.

— Решения принимаю не я…

— Начальство решает количественные вопросы, — наседал Мартин, — а за качество в данном случае отвечаете именно вы.

Майор вдруг отшвырнул так и не прикуренную сигарету и впервые перешел на повышенный тон:

— Черт бы вас побрал, оберлейтенант! Как вы собираетесь их проверять?! Гор здесь, как видите, нет! Болото, вон за тем лесом, есть. Вон там Рейн. А гор нет. А отправка через три дня.

«Ну слава богу, сдвинулось», — облегченно вздохнул Мартин. Теперь уже он стал говорить спокойно, даже вкрадчиво.

— А горы мне и не нужны. Постройте всех завтра утром здесь на плацу. Организуем пробежку на пятнадцать километров с полной выкладкой.

Брови майора поползли вверх.

— Ну хорошо, десять километров, — снизил планку Мартин, но майор продолжал молчать. — Ладно, без рюкзака, — еще раз поддался оберлейтенант, — карабин штык, лопатка, фляга, котелок, противогаз и шинельная скатка Вас устраивает? Но бег в одну сторону по прямой, после чего возвращение маршевым шагом.

— Ну, и что потом?

— Тех, кто придет к финишу не позднее чем через сорок пять минут и при этом не упадет, я беру. Это черепашья скорость, майор. За полтора часа это расстояние можно пройти пешком с сигаретой в зубах, а за два — проползти на животе.

— Надеюсь, вы тоже побежите? — ехидно спросил осточертевшего горца майор.

— Непременно!


Утром на плацу, поеживаясь от холода, стояло человек семьсот. «Уже несем потери», — отметил про себя Мартин. Сам он являл образец приготовившегося к тяжелому маршу горного солдата. Туго скатанная шинель была обвернута вокруг котелка и вместе с ним прикреплена к наспинному ремню и кольцам плечевых ремней портупеи. Ниже располагалась сухарная сумка, фляжка с подкисленной уксусом и слегка подсоленной водой и штык. На его ногах были ботинки с окованной со всех сторон стальными шипами толстой подошвой, выше, до самых колен, шла тугая обмотка. Грудь освобождена от наград и значков — только Рыцарский крест под воротником и горные нашивки.

Он отыскал вчерашнего майора, который о чем-то разговаривал с двумя унтер-офицерами. Увидев горца, майор сделал знак, и фельдфебель дал команду «смирно».

— Вольно! — скомандовал майор и закричал слегка визгливым голосом: — У вас сорок пять минут и десять километров! Кто не справится, тому я подыщу место в болотах Восточной Пруссии. Будет там ползать в грязи и смешить лягушек, а заодно и русских. Те же, кто уложится в срок и ничего не потеряет по пути, отправятся в 3-ю горнострелковую дивизию, которую любит и о которой заботится сам фюрер. Этот оберлейтенант и кавалер, — майор указал на подошедшего Мартина, — как раз оттуда. Он побежит с вами. Хотите что-нибудь сказать? — повернулся майор к зачинщику мероприятия.

— Пусть скомандуют «кругом», — попросил тот.

Когда с немалым шумом солдаты повернулись, Мартин стал обходить первую шеренгу, рассматривая крепление амуниции на их спинах и увязку шинелей. Он сразу заметил, что фляжки висят, не оттягивая ремней. «Пусты. Что ж, сорок пять минут туда, пятнадцать на отдых, два часа обратно, — прикинул он, — итого три часа марша без воды. Воля ваша». Штык-ножи висели в лопастях отдельно от лопаток, хотя в таких случаях их следовало увязывать вместе. Металлические торбы с противогазами (а есть там противогазы?) располагались как попало, у многих слишком низко. Некоторые повесили их спереди, что можно допустить при спокойном шаге, но во время бега они начнут бить по груди, сбивая дыхание. Наметанным глазом он отмечал, какие скатки, неправильно привязанные к котелкам, первыми свалятся на землю. У некоторых солдат не было портупей и все, включая как попало свернутые шинели, висело только на поясных ремнях. В таком случае хотя бы скатку можно было перекинуть на русский манер через плечо, стянув на боку ремешком. Но сейчас на это уже не было времени.

105