Шестая книга судьбы - Страница 33


К оглавлению

33

Вдобавок ко всему он не мог уехать. Его отсутствие на очередном заседании тут же будет замечено и расценено как знак протеста или бегство от заслуженного наказания. Их тут же бросятся разыскивать и неминуемо настигнут. Нет, уехать из Рима без разрешения диктатора он не мог Как не мог и отправить из города семью. Донесет кто-нибудь из рабов или соседей об их отсутствии, и он сразу окажется на подозрении. А даже самое малое подозрение в эти дни моментально перерождается в обвинение.

«Завтра же передам все свои свободные деньги квесторам в городскую казну, а земли в Лигурии, Умбрии и Пицене — в ветеранский земельный фонд, — решил он про себя. — Если, конечно, это завтра наступит».

Оказавшись на одной из базарных площадей Субурры, Элианий снова увидел человека в странной одежде. Того же самого, что бродил по заваленному трупами цирку Фламиния и возглашал: «О божественное деяние!», а несколько минут назад стоял на Форуме с плакатом на груди.

На этот раз он взобрался на какой-то постамент и, освещаемый молниями, в потоках воды, простирал руки к тучам:



О древний Рим, лишенный древних прав,
Как Ниобея, без детей, без трона,
Стоишь ты молча, свой же кенотаф…


«Это же Байрон! Причем в немецком переводе», — подумал Элианий, но новые удары грома отвлекли его. Словно в ответ, по всему небу метались невиданные им ранее лучи света, посылаемые с земли Казалось, что земля вступила в схватку с тучами.

Они бросились бежать.


На этот раз профессор проснулся тихо. «Это становится навязчивым, — думал он, лежа в темноте. — Впору посетить психиатра».

Да, но какие декорации! Какая натуралистичность сцен!

Он знал, конечно, что древние римляне, как и греки, раскрашивали яркими красками антаблементы своих храмов, барельефы портиков, капители колонн и даже мраморные статуи богов. Но как и все, он привык видеть на фотографиях или наяву в развалинах Римского Форума или Афинского Акрополя лишь блеклые руины без малейшего следа красок. И силами только своего воображения он наверняка не смог бы создать того многоцветия, какое представилось ему в этих снах. Нет, что ни говори, а он был даже признателен за них. К черту психиатра, решил профессор, если это болезненная галлюцинация, то она совершенна. В конце концов, настоящий историк — а он по праву считал себя таковым — за подобные экскурсы заложил бы душу дьяволу или согласился обкуривать себя наркотическим дурманом.

Он уже догадывался, что все это неспроста. Сначала появление в его доме книг Шнайдера, потом… Раб из последнего сна говорил о пропаже одной из Сивиллиных книг. Но это же книга пророчеств. Другими словами — книга, предсказывающая будущее! И пять томов Шнайдера тоже есть книга о будущем. Ее предсказания уже сбываются. Не в этом ли все дело?

* * *

— Наш потерянный зонд ушел из весны сорок третьего года в осень тридцать седьмого, господин президент, — доложил инженер по перемещениям.

— Ну, это не так много, — бодро сказал кто-то из присутствующих. — Года два назад русские потеряли свой зонд в Греции девятнадцатого века, так англичане наткнулись на него аж в четвертом веке до нашей эры в Эфесе, когда работали там по Герострату…

— О греках и русских поговорим позже, — раздался голос из президентского кресла, — сейчас строго по делу. Продолжайте, Карел.

— Мы обнаружили его следы в Дахау, где он и разрядился.

— Как его туда занесло?

— Я уже докладывал, что в момент обрыва зонд контактировал с Эрихом Беловым. Несмотря на откат в прошлое, программа продолжила выполнение полученного задания, но вызванный обрывом сбой привел к нежелательным действиям.

— Мы вас внимательно слушаем.

— Судя по всему, зонд слил часть информации клиенту.

— Этому русскому?

— Да.

— И это, по-вашему, нежелательные действия? Да это же… — Септимус пощелкал пальцами, подбирая подходящее слово. — Очень нежелательные действия. Академию за них просто лишат лицензии. — Он понизил голос и обвел взглядом присутствующих. — Если узнают.

— Думаю, что не узнают. — Карел собрался с духом. — Я счел нужным на свой страх и риск санкционировать заброс туда легкого зонда серии «PR» и блокировать полученную русским информацию. Он долго болел, но все выглядело вполне естественно. После перенесенной болезни Белов стал замкнут и почти ни с кем не общается. Признаю, пришлось прибегнуть к сильному воздействию, но этого потребовали чрезвычайные обстоятельства.

— М-да-а-а. Ну, а что с профессором Вангером? Вы грозились подобрать для него очень умную программу психологической обработки, чтобы он… — Септимус снова пощелкал пальцами. — Потерял интерес ко всяким там книгам из будущего, но при этом не…

— Совершенно верно, господин президент. Обработка уже идет.

— Ну так посвятите нас в детали.

— Мы избрали самый древний способ — сны.

— Сны?

— Сны. Видите ли, господин президент, сны — это как раз та область нашего бытия, в которой мы постоянно сталкиваемся с самыми фантастическими видениями, явлениями и собственными мыслями и при этом совершенно спокойно их воспринимаем. Вернее сказать, чаще всего никак не воспринимаем, просто отмахиваемся, как от ничего не значащей чепухи. Они не опасны для нашего рассудка, какими бы ужасными порой ни были по своей сути. Считается, что именно через сны Бог или иные высшие силы предпочитают контактировать с теми, кому он хочет передать свои указания. Ведь даже глубоко верующий человек при виде реального ангела или, скажем, заговорившего человеческим языком животного может быть повергнут в стрессовое состояние, ибо…

33